Хмурая утренняя маршрутка добирается из спального района в центр.
Через все пробки, заторы, светофоры… Народ спит или пытается дремать.
И тут на остановке вваливается мужик, довольный как целое стадо
слонов. Плюхается на сидение рядом со строгой женщиной учительского
вида, достает из кармана мобилу и, дыша свежим выхлопом, погружается в
оживленный диалог.
– Але, Санька? Скажи мне срочно телефон Наташки. Какая она баба, ух,
какая она баба… А как она минет делает – м-м-м, умереть не встать, моя
жена так не умеет… Да, повтори еще раз, я записываю… Да, спасибо, что
познакомил! - и все это минуты на три, с подробностями, эмоциями до
потолка и матом через два слова на третье.
Маршрутка начинает оживать. Просыпаются те, кто еще пытался досмотреть
сны и ошарашенно смотрят на мужика. «Учительница» на соседнем сидении
демонстративно фыркает и отворачивается к окну. Мужик прощается с
Санькой и немедленно набирает номер Наташки.
— Але, Наташка? Привет! Мне так понравилось то, что мы с тобой
вытворяли! Я хочу тебя еще! Да мне еще никто так хорошо не делал… Да?
Ты еще лучше можешь? А ну-ка, расскажи подробнее, проказница моя…
Учительница на соседнем сиденье поворачивается к мужику и просит его
говорить потише, потому что его выражения оскорбляют ее педагогический
слух. Мужик нетерпеливо отмахивается от нее и снова погружается в
беседу.
— Меня так возбудило то, что ты побрила… Понимаешь, я жене не могу
такое сказать, она сразу почувствует, что я ей изменил… Ну да,
приходится терпеть, а что делать…
Маршрутка уже полностью проснулась и с интересом прислушивается к
подробностям. Водитель огладывается в в зеркальце и тоже внимает,
затаив дыхание. Недовольна только «учительница», она просто закипает
от с трудом сдерживаемого возмущения. И тут на мобилу мужику приходит
второй звонок. Он прерывается, победный тон стихает, и он почти
шепотом сообщает Наташке
— Ой, прости, не могу больше разговаривать, мне нужно ответить на
звонок… Жена! Я тебе попозже перезвоню, лады? Ну, пока!
И уже соверше
